Полночной порою в болотной глуши
Чуть слышно, бесшумно, шуршат камыши.
О чём они шепчут? О чём говорят?
Зачем огоньки между ними горят?
Мелькают, мигают — и снова их нет.
И снова забрезжил блуждающий свет.
Полночной порой камыши шелестят.
В них жабы гнездятся, в них змеи свистят.
В болоте дрожит умирающий лик.
То месяц багряный печально поник.
И тиной запахло. И сырость ползёт.
Трясина заманит, сожмёт, засосёт.
«Кого? Для чего? — камыши говорят, —
Зачем огоньки между нами горят?»
Но месяц печальный безмолвно поник.
Не знает. Склоняет всё ниже свой лик.
И, вздох повторяя погибшей души,
Тоскливо, бесшумно шуршат камыши.
Шуршание камышей передаётся с помощью звуков. В стихотворении встречаются слова с часто повторяющимся звуком [ш]: «в глуши», «слышно», «бесшумно», «шуршат камыши», «шепчут».
Болото опасно тем, что кругом трясина: «Трясина заманит, сожмёт, засосёт». Кажется, что болото даже луну затягивает: «В болоте дрожит умирающий лик. То месяц багряный печально поник». В болоте живут жабы и змеи, и от этого болото становится ещё опасней.