Время написания
Стихотворение написано 7 сентября 1830 года в начале знаменитой Болдинской осени.
Тема
Это многоплановое произведение. На первом плане — путник, которого метель застигла в чистом поле, его тревожно-грустные мысли и чувства. Более глубокий план стихотворения поднимает тему человеческого пути, борьбы с хао сом и «беспощадностью жизни».
Главная мысль (идея)
Человек бессилен перед разбушевавшейся стихией, он не в силе совладать с ней.
В стихотворении речь идет о внутренней буре, о событиях жизни, перед которыми человек бессилен. Но он ищет в хаосе метели точку опоры, свет и космос.
Поэтика
Это стихотворение можно назвать лирической балладой и отнести к философской лирике. Стихотворный размер — четырехстопный хорей, система рифмовки — перекрестная, с чередованием мужских и женских рифм. Стихотворение написано октавой (восьмистишием).
Композиционно стихотворение делится на три части, каждая из которых начинается одинаково, создавая тревожный ритм произведения:
Мчатся тучи, вьются тучи;
Невидимкою луна
Освещает снег летучий;
Мутно небо, ночь мутна.
Возникает картина бурана, сильнейшей вьюги. По мере развития стихотворения это описание погодного ненастья перерастает в мистическую картину.
Сам рефрен изнутри также построен на повторах, что передает круговое движение снежных вихрей: «мчатся тучи, вьются тучи», «мутно небо, ночь мутна».
Два глагола интенсивного движения, отнесенных к слову «тучи», с самого начала стихотворения создают ощущение стремительного вращения, полета, какого-то бесовского наваждения.
Ямщик, везущий лирического героя, тут же упоминает о черте:
В поле бес нас сводит, видно,
Да кружит по сторонам.
За природным ненастьем ямщик видит разгул дьявольских сил:
Посмотри: вон, вон играет,
Дует, плюет на меня;
Вон — теперь в овраг толкает Одичалого коня...
Это и есть причина того, что путники сбились с пути и оказались в самом сердце стихии.
В следующей части это чувство страха перед неизвестным и жутким нарастает:
Страшно, страшно поневоле Средь неведомых равнин.
И снова повторяется рефрен: «Мчатся тучи, вьются тучи...» Еще более усиливается напряжение. Теперь не только ямщик, но и лирический герой замечает беса: «Вот уж он далече скачет; Лишь глаза во мгле горят». Герой понимает, что становится свидетелем какого-то шабаша, разгула нечистой силы:
Бесконечны, безобразны,
В мутной месяца игре
Закружились бесы разны,
Будто листья в ноябре...
Повторенное в приставках «бесконечны, безобразны», как бы зашифрованное слово «бес» усиливает чувство ужаса. Кульминацией оказываются звуки, которые издает уже не «природа» — метель, а именно «разны бесы»: «визг жалобный и вой».
«Надрывая сердце мне...» — так лирический герой описывает свое состояние, обессиливая в борьбе с этой мистической стихией.
Картина бесовского разгула описана Пушкиным мастерски. В стихотворении много ярких эпитетов (снег летучий, средь неведомых равнин, одичалого коня, во тьме пустой, средь белеющих равнин, бесконечны, безобразны бесы, кони чуткие, в беспредельной вышине, визгом жалобным); сравнений (невидимкою луна, верстою небывалой торчал, сверкнул искрой малой, закружились, будто листья в ноябре).
Метафоры создают картину какого-то бунта природы: вьются тучи, мутно небо, ночь мутна, вьюга слипает очи, колокольчик умолк, вьюга злится, вьюга плачет, визгом надрывая сердце.
Для усиления мистического впечатления автор использует повторы: еду, еду; страшно, страшно; вьюга злится, вьюга плачет, а также звукоподражание: колокольчик дин-дин-дин.
Все эти приемы служат для создания образа слепой и бешеной судьбы, играющем людскими жизнями, сводящую и разводящую людей по своему желанию.